Александр и Андрей

Александр,

26 лет, г. Нижний Тагил

-2024

Андрей,

26 лет, г. Нижний Тагил

1999-2026

Было у матери три сына…

Елена – солдатская мать. Из тех сильных женщин, что везут помощь на Донбасс, добиваются аудиенций со штабным начальством. Такие остановят на ходу и машину, и БТР... И даже самолет, готовый к взлету.

Трудно, но дружно

На долю Елены выпало немало горя. Старший Александр отправился на СВО весной 2024-го, в июле погиб в бою. В конце 2025-го по контракту ушел Андрей: в феврале не вернулся с задания, числится без вести пропавшим. В тайне от всех заключил контракт и младший Володя, но мать совершила невозможное, чтобы вернуть его домой. Так или иначе, отвоевывать ей пришлось каждого.

Троих сыновей и дочь Ксению тагильчанка поднимала одна, разведясь с пьющим мужем.

–Средств не хватало, работать порой приходилось сутками, где только можно – и продавцом, и в такси, – рассказывает женщина. – Мальчишки хулиганили, не слушались, но при этом все любили друг друга. Жили на Северном, дети учились в 13-й школе.

Дочка Ксюша выросла на руках у Сани: ему было десять, когда она родилась. Водился, памперсы менял. Дочка болела часто, он выхаживал. В пять лет читать ее научил.

В армии ребята мои не служили, но им присуще острое чувство справедливости, поэтому не представляли, как можно оставаться в стороне от спецоперации.

Саня сотоварищи

Елена сама рвалась на СВО, однако женщин без уставной специальности на контракт не берут. Сашин позывной – «Буддист» – не случаен, восточное учение оказалось близко его устремлениям. Вспоминает:

– Саня постоянно тренировался: бегал с утяжелителями и с рюкзаком, в стрельбе – лучший, не пил и не курил. К службе готов морально и физически. Говорил: «Мам, чем больше нас там будет подготовленных, тем быстрее это закончится».

Вскоре мама узнала всех ближайших соратников и командиров сына, а родители бойцов создали свой чат и действовали сообща.

– Первое задание Саниной штурмовой группы – захватить вражеские позиции за железнодорожным узлом. Через «железку» они перебрались первыми, должны были закрепиться. Зашли в окоп, а там месиво из тел, рядом обнаружили своего: парень лежал с перебитой ногой несколько суток, уже и видео прощальное записал. Вытащили его под небом, полным БПЛА, и даже ногу сохранили. Тогда долго ждали эвакуацию под обстрелами: Саню отбросило взрывной волной, повредил ногу.

На втором, последнем задании, в районе Очеретино «Буддисту» поручили быть старшим – готовили на командира. Когда начался обстрел, ребята попрятались по кустам, он пошел их вытаскивать, выводить из-под огня.

– Они остались живы, а Саня погиб: когда осколком перерубило ногу, упал на мину «лепесток». Это было под Новоалександровкой, – говорит Елена.

Я сразу почувствовала, что его уже нет. До этого было постоянное волнение, будто видела сына. А тут вдруг такая пустота внутри возникла… Его товарищи, «Тракторист» и «Джан», рассказали, что сразу пошли забрать тело с поля боя.

Клеймо дезертира

Вскоре Елена получила Сашину посмертную медаль «За отвагу». Через полгода – гроб. Похоронили с почестями на Пихтовых горах. Но погребению предшествовали полгода ада.

– Почти случайно узнаю, что погибший сын с 23 августа числится СОЧ – «самовольно оставившим часть». По документам командования, все 19 человек, погибших в тот день, – дезертиры. Это при наличии живых свидетелей! Визит к командиру части оказался напрасным. Вместе с другими родителями написали в приемную президента: ответили, что, по данным Минобороны, наши дети погибли. Оставалось гадать, почему в части им присвоили такой статус?

Елена ездила в Ростов искать останки сына. Не нашла. Хотела назавтра улетать, но вернулась: «Не уверена, что вся работа проделана». Готова была сесть на пороге и ждать. Но в центре откликнулись: просмотрели все карточки, и все равно тогда не нашли Сашу. Только через полгода Елена вскрывала гроб, чтобы убедиться…

Со статусом военнослужащих разобрались лишь через два года после их гибели благодаря вмешательству уполномоченного по правам человека в Свердловской области Татьяны Мерзляковой. Командование в Екатеринбурге принесло извинения родным.

Среди СВОих

Еще в июне она собиралась с гуманитаркой на Донбасс – в расположение штурмовой роты сына. Но он просил повременить до своего трехдневного отпуска после задания… Позже мать все-таки отправилась туда. Получила выплаты за Сашу, закупила все необходимое – РЭБ, дрон и прочее, почти на три миллиона.

– Груз шел через транспортную компанию в Ростов, сама – самолетом, там подруги встретили и дальше везли на машине. К ребятам приехала: они веселые, открытые, добродушные, воспитанные. Так хорошо было с ними!

Отправляла посылки на фронт всеми подходящими путями, в том числе через маркетплейсы. С благодарностью и теплотой Елена говорит о волонтерах, с которыми подружилась.

Андрей

– Андрей жил в Екатеринбурге, на СВО ушел осенью 2025-го – в 25 лет. Позывной «Урал». В декабре ему исполнилось 26, а 2 февраля сын пропал. Базировались они в ЛНР, а на задание уходил на территорию Харьковской области, на три месяца. Связывалась с командиром – заверял, что все в порядке, просто связи нет. 23 февраля сообщили, что «Урал» погиб. Как и Саня, в 26.

Андрюха был там вместе с другом детства Костей Небогатиковым. С юности увлекались рэпом, писали треки, участвовали в молодежных концертах. Костя тоже погиб, его могила недалеко от Саниной.

Когда мне позвонили и сказали, что Андрей не погиб, а пропал без вести, подумала, что мошенники. Но выяснилось: все, кто был с ним на задании, мертвы, только вот двух тел – «Урала» и «Луки» никто не видел. К тому ж, Андрюху трудно было с кем-то спутать из-за оригинальных татуировок. Сразу написала в аппарат Татьяны Мерзляковой – они взяли в работу дело Андрея. Пока не увидим останков сына, он для нас живой!

Володя

Елена продолжает:

– Младшему сейчас 25, а контракт он заключил два года назад – втихаря, в Казани, втроем с друзьями. В своем регионе он этого сделать не мог, потому что по военному билету не годен к строевой, его и в армию не взяли. А в Казани новый билет выдали. Сами понимаете, что правомерность такого договора, мягко говоря, сомнительна. На учебу их не направляли, сказали: когда надо, вызовут. Он работает, на вахту ездит. За два года никто не поинтересовался, где «контрактник». И вдруг задерживают как дезертира. Володя позвонил: «Мы отправляемся на Украину». А я понимаю, что могу потерять последнего из сыновей! Помчалась туда, встала на пути УАЗа. Говорят: «Подождите, сейчас разберемся». А сами через другой выезд – и на аэродром.

Снова выручили правозащитники в аппарате Мерзляковой, военный прокурор. Представители приехали на военный аэродром с мигалками, сняли изумленного Володю с борта. Контракт его аннулировали на условиях возмещения затрат.

Родственные судьбы

У Елены теперь есть любящий и любимый муж Николай. Таких Бог посылает настрадавшимся женщинам. А свела их не иначе, как общая судьба. Старший сын Николая тоже погиб на СВО. «Наши парни, наверное, там встретились» – решил он тогда.

В январе 2025-го отвозила гуманитарный груз, – вспоминает женщина. – Всегда летаю, а тут впервые почему-то решила из Ростова ехать поездом. Почти пустой вагон, а со мной в купе оказался мужчина из Новокузнецка. Познакомились как-то легко, сразу понравился. Покорило его спокойствие, добродушие, внимательность, я таких никогда не встречала. Стали общаться, встречаться. А 17 января, спустя год после знакомства, была свадьба – день в день.

Теперь мы вместе продолжаем искать Андрея и помогать нашим парням на фронте.

Ирина Петрова.

Источник:

Петрова И. Было у матери три сына… : [о своих сыновьях Александре и Андрее, геройски погибших в ходе СВО, рассказала тагильчанка Елена] / И. Петрова ; фот. С. Казанцев // Тагильский рабочий. – 2026. – 21 октября (№ 119). – С. 19 : фот.